Фото Tim Boyle/Getty Images

Ну, что ж, после того, как мне удалось привлечь Ваше внимание броским заголовком, надеюсь мне удастся удержать его с помощью менее провокационных заявлений. я бы скорее назвал свой текст «Восемь причин, по которым умирает классическое искусство и побеждает зомби-дизайн», но про мышь и Мону звучит острее?

1 Мы живем в мире, в котором огромную часть информации мы получаем через компьютер и смартфон. К чему это приводит? Для нашего глаза прямоугольник экрана устройства становится не просто одним из, а самым главным «объективом». Он «загоняет» весь мир, эстетику этого мира в определенную рамку. Когда мы смотрим на мир своими глазами и нам что-то нравится, мы стараемся сфотографировать это — помещаем бесконечный мир в рамку объектива. Пытаемся освоить его с помощью фотоаппарата. Это цифровое освоение мира. Мы не пытаемся ничего запомнить, эта функция становится все менее востребованной. Отсюда еще один аспект- получившая широкое распространение функция фиксации нашей жизни через фотоаппарат, лишает нас смысла в рассказах. В последовательном изложении историй. «Посмотрим фоточки, было круто» — это максимум эмоционального обмена, на который мы становимся способны. Зачем что-то описывать, подбирая слова, выражения и формируя образную речь, если можно просто показать снимок? Мы не отдаем себе в этом отчета, но мы формируем окружающий мир, не подключая свою речь, почти полностью исключив описательность в ней. 

2 Классическое искусство предполагает резонанс между автором и зрителем/читателем. Должен быть диалог, должен быть взаимообмен образами и смыслами. А для этого необходимо, чтобы культурный уровень читателя/зрителя находился на достаточном уровне, чтобы считывать не только тайные смыслы, но и смыслы даже просто лежащие на поверхности. Эта игра смыслов обязательна в классическом искусстве. Когда автор понимает, что его читатель/зритель/слушатель поймет, что заложил в произведении автор. Понятно, что наш современник старается не напрягать себя любой интеллектуальной игрой. Максимум, на что мы способны — отгадать столицу Испании, шесть букв по вертикали.

3 Вернемся к аспекту, упомянутому чуть выше — цифровое освоение мира. «Искусство-онлайн». Фотографии, сделанные смартфоном и выложенные в Инстаграмм, за короткий срок (невозможный совсем недавно) может увидеть весь мир — без преувеличения. Теперь расстояние между автором и зрителем сократилось до минимума. Точнее — почти исчезло. И эти легкость и простота, с которыми можно поделиться своим «творением» с окружающим миром, дарит нам ошибочное ощущение «аксиомной» принадлежности к миру искусства. Сделав удачный снимок, нам кажется, что мы, во мгновение ока, стали фотохудожниками. А в этой простоте и кроется опасность. Недавно в сети мне попалась реклама. Дословно: «Научим вас как стать знаменитыми художниками и продавать свои картины» Что это? Что это такое?! Научим как стать знаменитым художником!!!! Как будто этому можно научить на курсах в подвале соседнего дома! На наших глазах происходит абсолютная девальвация творческих профессий. Как можно этому научиться на коротких курсах? Ну давайте еще курсы откроем: «Как научиться делать операцию на сердце?» Или «За неделю научим пилотировать реактивный истребитель» Смешно? смешно. А почему не весело, когда нас обещают научить, как стать «знаменитым» художником? 

4 Сейчас цифровые технологии дают нам возможность «скроллить» — перематывать информацию. Мы разучились ждать. Мы не хотим учиться, нарабатывать опыт. Побеждать и ошибаться. Мы хотим все и сразу. Отсюда и желание пойти на курсы и через две недели получить диплом. Мы скроллим нашу жизнь, пытаясь «перемотать» менее интересные моменты. Не хочу учиться три года. Хочу пойти на курсы и через три месяца уже получить диплом. Зачем учиться на художника пять лет? Меня на курсах научили красиво водить кисточкой и вуаля — я уже позирую у мольберта и рассказываю друзьям, что такое «вдохновение» и почему «я так вижу». На фоне падения общего культурного уровня происходит деградация профессии художника. Мы перематываем, сразу ищем интересные и вкусные куски. Мы не хотим разбираться в нюансах, не хотим пытаться улавливать полутона. Мы хотим иметь концентрированную жизнь. Давайте попробуем вспомнить оттенки желтого? Сколько оттенков мы сможем вспомнить? Максимум — лимонный. Спасибо. А их около десятка. И раньше люди были способны различать эти оттенки и ценить игру цвета, которую с ними затеял художник. Концентрированный мир «на перемотке» убивает в нас желание различать нюансы. Опять же- посмотрите насколько оскудела наша лексика! Количество активных синонимов в нашей лексике стремится к минимуму а 90% в нашей жизни мы описываем с помощью десятка языковых паразитов: «Круто, клево,супер итд»

5 В классическом искусстве художник творит, подчиняясь внутренним законам, позволяющим делать гармоничные со всех точек зрения произведения. И мы, даже не зная законов гармонии, интуитивно, чувствуем красоту, чувствуем эстетику, чувствуем баланс. Композиция, сюжет, цвета, линии. Все это работает в ансамбле и создает гармонию, а люди, воспитанные в парадигме классического искусства, чувствуют эту красоту.

6 Большое количество универсальных магазинов и магазинов, продающих предметы интерьера, приводит к упрощению вкусов. Нам продают интерьеры «под ключ» — не просто шкаф, но и вазочку НА шкаф и коробочки В шкаф. Не нужно подключать мозг и искать редкие вещи и интересные сочетания цветов. Не нужно искать редкости. Оставьте кунсткамеры веку осьмнадцатому. Сейчас, посетив любой магазин, можно наполнить интерьер унифицированным художественным масскультом. Без характера. Без настроения. Просчитанным менеджерами и созданным на фабрике в количестве двух миллионов экземпляров. О какой уникальности может идти речь, если мы добровольно обрекаем себя на упрощение, усреднение? Повесив на стену постер с Микки-Маусом, мы надеваем на себя броню — никто не спросит зачем у нас на стене эта рисованная мышь. Потому что это — персонаж масскульта. С унифицированным вкусом. Точнее- отсутствием вкуса. Такая культурная жвачка. А повесив на стену картину Боттичелли, — мы будем вынуждены отвечать на сотню вопрос — кем был это автор? Как воспринимать эту конкретную картину в контексте его творчества?  И множество других вопросов. И не факт, что наш собеседник будет способен поддержать подобную беседу, и идиотами будем выглядеть мы, пытаясь доказать что-то. Максимум, что мы услышим в ответ на мышь на стене: «Прикольно!» Все. Занавес. Венец культурологического диалога 21 века. «- Как тебе? — Прикольно». Так что и Боттичелли проигрывает мыши. Причем в полуфинале. На стадии слепых прослушиваний. 

7 Старые вещи- это история их хозяев, это уважительное отношение к вещному миру. Подобный подход также возможен, к сожалению, при определенном базовом культурном уровне, в то время как мы помним песню: «Весь мир … мы разрушим до основанья а затем….» — разрушать до основанья — это наше все. Выбросить все старое, чтобы купить новое. Поэтому ощущение, что все новое — хорошее, а все старое — плохое является доминирующим в обществе. У кого остались одежда, в которой мы ходили 10 лет назад? 20? 30? А ведь это была определенная мода, пусть смешная, пусть кажущаяся сегодня наивной, но это была наша история. Часть нашей биографии. Где это все? Выброшено на помойку. И этот касается не только одежды. Посуда, предметы интерьера выбрасываются, стирая нашу «вещную» историю. Мы словно перезагружаемся каждые пару лет, стирая свое прошлое. 

8 Мы-соавторы. На чем воспитан наш глаз, то и является, во многом, системой базовых эстетических ориентиров. Вкус тренируется также, как мышцы, мозг. Если с детства ребенок посещает музеи и художественные галереи, выставки, в нем происходит формирование внутренней эстетической архитектуры, происходит выработка индивидуального «sense of beauty» — чувства прекрасного. То же самое касается и музыкальной, кинематографической культуры. Люди делятся на композиторов, исполнителей и слушателей — это условное разделение можно использовать для всех видов искусства. Кто-то сочиняет, кто-то исполняет, кто-то потребляет. Композиторов и поэтов становится все меньше, но беда в том, что и слушатели стали менее требовательными. Что такое песня? Стихи, мелодия, аранжировка, голос. Давайте вспомним какую-нибудь последнюю песню, которая отвечает этим четырем критериям? И в сложившейся ситуации виноваты не только авторы! Мы, потребители культуры, являемся соавторами. Чем ниже наши запросы- тем меньше резонов у авторов карабкаться вверх, придумывать новые интересные ходы.  Проще показать голую задницу и поймать хайп. Но, как заметил Владимир Клюев: «Любой эпатаж идет от беспомощности» 

По мере того, как статья подходила к своей коде, я с возрастающей тревогой понимал, что веселая мышь, которую я выбрал в качестве антагониста своего высказывания — не самый плохой пример. На экранах телевизора или компьютера нас поджидают гораздо более пустые образы. Имитирующие смыслы, персонажи-наперсточники, подсовывающие ложные ориентиры. Когда за искусство выдается пустой и холодный дизайн. Есть отличное выражение, разделяющее эти два понятия. «Над дизайном не плачут» — ведь очевидно, что мы способны войти в резонанс лишь с настоящим произведением искусства.

Возможно, какие-то мои суждения покажется спорными, а какие-то являются намеренным упрощением ситуации, для того, чтобы сфокусироваться на проблеме. Но ведь это не аналитическая статья с таблицами и графиками? Это попытка прикоснуться важной теме. Конечно, в нынешней ситуации больше полутонов. И классическое искусство по-прежнему популярно (посмотрите на очереди в Третьяковку) и современное — не всегда отторгает своей бездарностью. Все сложнее, чем «дважды два». Тема интересная и мы находимся лишь в начале осмысления и анализа этого культурного феномена. Чем мы будем восхищаться через десять лет? Как технологии изменят наши художественные возможности? Может быть прямо сейчас по улицам рядом с нами ходит будущий гений, работами которого будут восхищаться наши потомки? 

Увидим, посмотрим. 

Скоро все станет ясно. 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий