Судостроительная промышленность отнюдь не страдает от отсутствия заказов.
Фото с сайта www.aoosk.ru

На встрече с Владимиром Путиным 27 июля председатель правления, генеральный директор акционерного общества «Объединенная судостроительная корпорация» (ОСК) Алексей Рахманов доложил главе государства об успехах возглавляемой им компании. Он сообщил, в частности, что в 2020 году будут сданы заказчику, то есть ВМФ РФ, 14 боевых кораблей. «Надеемся, что флоту передадим не менее трех, надеюсь, даже четыре лодки, поскольку действительно программа очень насыщена», – подчеркнул глава ОСК. К этой теме мы еще вернемся. А пока поговорим о текущих делах самой корпорации.

В конце июля головной офис Объединенной судостроительной корпорации должен был перебраться с Большой Татарской улицы в Москве в бизнес-центр «Сенатор» на 17-й линии Васильевского острова в Санкт-Петербурге, а руководители холдинга – в особняк в переулке Антоненко, что поблизости от Исаакиевского собора. Теперь перебазирование по срокам, как и все, что связано с деятельностью этого холдинга, сдвинулось вправо. Как пояснил Алексей Рахманов, эпидемия коронавируса «незначительно скорректировала ранее озвученные планы по переезду. Первая группа специалистов отправится из Москвы в Северную столицу в ближайшие два месяца. Как только она освоится на новом «берегу», «переброска сил» продолжится». А силы эти немалые. В Питере будут работать порядка 300 человек: сотрудники департаментов, отвечающих за военное кораблестроение и гражданское судостроение, техническое развитие, ИТ-сферу и материальное обеспечение, часть кадровой службы и финансово-экономического блока. Впрочем, и в Москве останется около сотни человек, которые занимаются внешнеэкономической деятельностью, выставками, связями с общественностью и взаимодействием с московскими заказчиками – надо полагать, прежде всего с Министерством обороны.

К слову, штаб-квартира ОСК изначально должна была располагаться в Петербурге. Она там и появилась на улице Марата – в бизнес-центре ЦКБ МТ «Рубин». Но с первых дней образования ОСК головной офис стал дрейфовать в сторону Первопрестольной – превращаться в филиал, а московский филиал – в головной офис. Чиновники корпорации, при всей любви к северной культурной столице, а также колыбели отечественного кораблестроения и революции, всегда тяготели все-таки к Москве.

Заступив на должность президента ОСК в июне 2014 года, Алексей Львович Рахманов заявил, что «пора перестать болтать и начать работать» и что «главная проблема ОСК на сегодняшний день, к сожалению, неэффективная управляемость». Казалось бы, были все условия для исправления ситуации. Ведь возглавивший корпорацию менеджер – обладатель сразу трех дипломов о высшем образовании. Он окончил Горьковский политехнический институт по специальности «инженер-механик», Нижегородский лингвистический университет по специальности «переводчик с английского языка», а затем школу бизнеса Чикагского университета по специальности «мастер делового администрирования».

Карьерный рост тоже свидетельствовал о вроде бы высоких деловых качествах президента О СК. В 1996 году он был принят на работу в известнейшую транснациональную аудиторско-консалтинговую компанию «Эрнст энд Янг», в которой проработал до 2002 года. В 2002–2008 годах занимал должность директора по стратегии и развитию бизнеса ОАО «Северсталь-Авто». В июле 2008 года его назначили на должность директора департамента автомобильной промышленности и сельскохозяйственного машиностроения Минпромторга России, а в марте 2012-го он уже сидел в кресле замминистра промышленности и торговли Российской Федерации. Вот только к судостроению чиновник никакого отношения не имел.

К сожалению, в ОСК богатый образовательный и деловой багаж оказался нереализованным. «Неэффективная управляемость» как была, так и остается фирменным стилем корпорации, которая фактически доведена до банкротства. К началу текущего года долги судостроительного предприятия составили 68 млрд руб. Как обычно, выручило государство, то есть налогоплательщики. Держава выделяет из бюджета на погашение убытков объединения 30 млрд руб., а кредиты на 38 млрд руб. подлежат реструктуризации.

При этом какие-то буйные фантазии туманят головы руководителей ОСК. В июне этого года Алексей Рахманов сообщил о планах строительства на «Северной верфи» круизного лайнера на 3500 пассажиров. Цена проекта – 650–700 млн долл. Выяснилось, что на «Северной верфи» об этой задумке босса ничего не слышали. Да и не располагает это предприятие соответствующими стапельными местами и специалистами. В итоге оказалось, что вся эта история с круизным лайнером всего лишь «шум прибоя». Пока нет ни заказчика, ни источников финансирования.

Тогда же стало известно еще об одном ошеломляющем проекте ОСК – планах приобретения крупнейшей индийской частной верфи RNEL. Расчет ясен. Объединенная судостроительная корпорация хочет в буквальном смысле слова внедриться на индийский рынок и строить для ВМС этой страны и гражданских заказчиков свои корабли и суда. Но вот беда – с самой RNEL все не слава богу. Предприятие выставлено на продажу потому, что в минувшем году его задолженность достигла 1,6 млрд долл., то есть 114 млрд 672 млн 160 тыс. руб. Приобретателю верфи ее придется погашать. Как сама находящаяся на грани банкротства ОСК собирается это делать?

Тем временем на фоне фантастических планов и пустых обещаний, сыплющихся из офисов ОСК как из рога изобилия, так нужные флоту корабли многие годы «мерзнут» на российских верфях. Особенно в этом плане отличается сам Алексей Львович. Из его уверений о скорейшей сдаче заказов можно составить пухлый том. Примеров – море.

Сколько раз он «сдавал» флоту фрегаты «Адмирал флота Советского Союза Горшков» и «Адмирал флота Касатонов»? Не счесть. Первый из них вошел в состав ВМФ в 2018 году, а второй – 15 июля этого года, хотя по первоначальному контракту должен был пополнить флот в 2012 году.

Пандемия пустых разговоров имеет широкое распространение и среди ближнего окружения Алексея Рахманова. Так, еще в 2014 году тогдашний главком ВМФ адмирал Виктор Чирков, ныне главный советник руководителя ОСК по военному кораблестроению, уверял, что первая неатомная субмарина с анаэробной установкой для ВМФ России будет построена до 2018 года. Годом позже он подкорректировал свои слова, говоря, что внедрение воздухонезависимых энергетических установок на подводных лодках может начаться в 2019–2020 годах. А вот что говорил по этому поводу Алексей Рахманов в июле текущего года: «Идут проектные работы. Однако решение о практическом внедрении этой технологии в конкретные проекты будет приниматься только по результатам выполнения контракта – не ранее конца 2023 года». Стоит заметить, что к сегодняшнему дню технологии и производство анаэробных установок освоили даже те страны, которые еще недавно не строили подводных лодок.

Но все это частности. Главный же итог деятельности ОСК состоит в том, что благодаря усилиям корпорации, а точнее – отсутствию таковых, оказалась провалена кораблестроительная часть госпрограммы вооружений 2011–2020 годов. Заранее оговоримся, что параметры плана военного кораблестроения на указанный срок, как водится у нас, официально нигде не публиковались. Однако тогдашние министр обороны Анатолий Сердюков, его заместитель по вооружению ныне покойный Владимир Поповкин, главком ВМФ адмирал Владимир Высоцкий и другие военно-морские начальники много и охотно говорили о наполнении программы. И вот какая, с их слов, вырисовывалась картина.

Из-за эмбарго на поставки двигателей 
строительство многих кораблей существенно 
затягивается.  
Фото со страницы ОСК в «ВКонтакте»

До конца 2020 года Военно-морской флот РФ должен был получить 8 атомных ракетных подводных лодок стратегического назначения проекта 955/955А «Борей»/«Борей-А», 10 многоцелевых АПЛ проекта 885 «Ясень» (вскоре это количество уменьшилось до 7 единиц), по 3 дизель-электрические подводные лодки проектов 677 «Лада» и 06363 «Палтус», 9 фрегатов проекта 22350, 6 фрегатов проекта 11356Р/М, 4 корвета проекта 20380, 11 корветов проекта 20385 и 19 корветов охраны водного района. Кроме того, ВМФ пополнили бы два десантно-вертолетных корабля-дока типа «Мистраль» французской постройки, два больших десантных корабля проекта 11711, два малых ракетных корабля проекта 21631 «Буян-М», один малый артиллерийский корабль проекта 20630 «Буян» и базовый тральщик проекта 12700 «Александрит». Не сказать, чтобы программа была слишком впечатляющей, но она, безусловно, влила бы свежую кровь в «усохший» и ветшающий флот советской постройки.

Известно, что любой план – не догма, а руководство к действию. Вскоре выяснилось, что промышленность, прежде всего предприятия ОСК, не в состоянии справиться с объемом поставленных задач. Начались корректировки программы, обострявшиеся то кризисами, то санкциями. И опять же Объединенная судостроительная корпорация была не штурманом, стремящимся с наименьшими потерями вывести отрасль из штормов и бурь, а пассивным пассажиром, распевающем песни о хорошей погоде и открывающихся замечательных горизонтах.

В итоге что мы имеем на сегодняшний день? Четыре РПКСН проекта 955/955А «Борей»/«Борей-А» (50% от плана). И то потому, что строительство стратегических лодок, похоже, находится под личным контролем президента Путина. Обещанию «мастера делового администрирования» господина Рахманова о том, что пятая лодка семейства – «Князь Олег» – будет введена в строй до конца этого года, не стоит верить. Субмарину только 16 июля вывели из эллинга, и ей еще предстоит достройка на плаву, заводские ходовые и государственные испытания со стрельбами ракетным и торпедным оружием. Вот почему при самом благоприятном стечении обстоятельств атомный подводный крейсер стоит ожидать не ранее второй половины следующего года.

Из «Ясеней» в строю только одна головная лодка – «Северодвинск». До конца текущего года генеральный директор ОСК обещает сдать вторую субмарину семейства – первую модифицированного проекта 885М – «Казань». Аналогичные обещания давались представителями корпорации в 2018 и 2019 годах. Но мы все-таки рискнем и зачтем «Казань» в число кораблей, сданных в 2020 году. Таким образом, из семи «Ясеней» по госпрограмме вооружений 2011–2020 годов флот получит два, а процент выполнения плана составит 28,6.

С дизель-электрическими «Ладами» дело совсем не заладилось. Сейчас из лодок этого типа достраивается на воде «Кронштадт» и есть слабая надежда, что он войдет в строй до конца этого года. Зато со значительным перевыполнением дело пошло с «Палтусами» 06363 проекта. Их сдано ВМФ семь единиц, и с высокой долей вероятности можно говорить о передаче флоту до конца года «Волхова» – восьмой ДЭПЛ этого типа (266,6% от десятилетнего плана). Что неудивительно. «Адмиралтейские верфи» строят субмарины этого проекта не первое десятилетие.

Нельзя исключать, что в этом году войдет в строй АПЛ специального назначения «Белгород» проекта 09852 – носитель самоходных подводных аппаратов «Посейдон», способных уничтожить прибрежные города Америки. Вот почему Алексей Рахманов говорил президенту о «трех, даже четырех» субмаринах, которые предположительно войдут в строй в текущем году. РПКСН «Князь Владимир» уже в составе Северного флота. Если вступление в строй «Волхова» практически гарантировано, а о пополнении ВМФ «Казанью» можно говорить с высокой степенью вероятности, то «Белгород» и «Кронштадт» при благоприятном стечении обстоятельств способны дополнить эту троицу, причем, если сдача одной из лодок сдвинется вправо, то вторая займет ее место. Впрочем, поживем – увидим. Ведь мы знаем, что оптимистические прогнозы ОСК, как правило, не сбываются.

С большими надводными кораблями (БНК) все сложилось плохо. Из девяти фрегатов проекта 22350 поступило только два (22,2% плана). Из-за непоставок Украиной газотурбинных агрегатов для фрегатов проекта 11356Р/М вместо шести кораблей этого типа в строй ВМФ РФ вошли только три корабля этого типа (50% от плановых показателей). ОСК не смогла решить проблему с двигателями, заказав их за рубежом или финансируя из своих средств ускоренную разработку отечественных ГТУ на замену украинским.

Ситуация с корветами проекта 20380 сложилась лучше. Из четырех запланированных на десятилетку кораблей этого типа флот получил пять. Еще один – «Герой Российской Федерации Алдар Цыденжапов» – предполагается передать до конца этого года. То есть процент выполнения плана достигнет 150. Если «Северная верфь» постарается и сдаст корвет «Ретивый», то этот показатель станет еще выше.

С корветами проекта 20385 совсем иная картина. Из-за эмбарго на поставки дизелей MTU из ФРГ строительство головного корабля серии сильно затянулось. Сдача головного – «Гремящего» – ожидается только в конце этого года. То есть процент выполнения плана составит всего 9,09.

До строительства корветов охраны водного района (19 единиц) дело вообще не дошло. В бытность главкомом Виктор Чирков закрыл эту программу. Правда, значительно расширилась программа строительства базовых тральщиков проекта 12700 «Александрит», которые ныне классифицируются как морские. На сегодняшний день в строю три корабля этого типа. До конца года предполагается сдать МТЩ «Яков Баляев». Таким образом, план госпрограммы 2011–2020 годов по минно-тральным кораблям будет закрыт на 400%. ОСК обещает довести до ума большой десантный корабль «Петр Моргунов» – второй проекта 11711, обеспечив 100-процентное выполнение плана по БДК на десятилетку.

О малых ракетных кораблях, которые в последние годы приобрели громкую известность и отчасти взяли на себя боевую нагрузку БНК, говорить не приходится, поскольку все они построены на предприятиях, не входящих в ОСК.

Вообще наблюдается тенденция среди силовых ведомств по возможности уходить от услуг Объединенной судостроительной корпорации. Так, Пограничная служба ФСБ РФ практически не заказывает корабли и катера у ОСК. Создается впечатление, что и ВМФ тоже бы с удовольствием «сбежал» от лидера отечественного кораблестроения. О чем свидетельствует пример с МРК. 20 июля состоялась закладка универсальных десантных кораблей проекта 23900. Случилось это на Керченском судостроительном заводе «Залив», который находится под управлением Судостроительной корпорации «Ак Барс».

По возможности предприятия «бегут» и от самой ОСК. Дальневосточный завод «Звезда» «уплыл» из-под опеки ОСК под крыло «Роснефти». К нефтяному гиганту перебралось и ЦКБ «Айсберг» – ведущий российский проектант ледоколов. Зеленодольское ПКБ, по проектам которого в постсоветскую эпоху для отечественного ВМФ и зарубежных заказчиков построено наибольшее количество надводных боевых кораблей, покинул ОСК и входит в состав Судостроительной корпорации «Ак Барс». Феодосийский судостроительный завод «Море» сначала управлялся ленинградской «Пеллой», а сейчас «Ростехом».

По словам Алексея Рахманова, гособоронзаказ занимает около 83% в объеме выручки предприятия. Но картина вырисовывается не радостная. А все потому, что топ-менеджеры ОСК не знают, что у них происходит на местах, не знают они и возможностей подчиненных им предприятий. Они не координируют взаимодействие с контрагентами. Только для этого и нужен головной офис – будь то в Москве или Санкт-Петербурге.

Источник: ng.ru

Добавить комментарий