Правящие элиты с болью осознают, что основы американской власти гниют. Аутсорсинг промышленности и погружение половины населения в нищету необратимы. Самоустранение правительства – только одно из многочисленных ослаблений эффективности государственной администрации. Разрушение дорог, мостов и общественного транспорта затрудняет коммерцию и общение. Стремительно растущий правительственный дефицит, достигший триллиона долларов, благодаря огромному снижению корпоративных налогов, уже нельзя исправить. Захват финансовой системы глобальными спекулянтами рано или поздно приведёт к очередному финансовому кризису. Дисфункция демократических институтов, которые порождают таких мошенников и неполноценных корпоративных политиков как Дональд Трамп, Джо Байден и Нэнси Пелоси, укрепляет новый авторитаризм. Подрыв столпов государства, включая дипломатические и регулирующие учреждения, делает тупую военную силу единственным ответом на международные дискуссии и разжигает бесконечные и бессмысленные иностранные войны.

Внутренний распад выглядит зловеще и пахнет гнилью. Все социальные классы потеряли веру в правительство, чувствуют разочарование, безысходность, обман, горечь из-за невыполненных обещаний и стирание границ между реальностью и вымыслом, так что гражданские и политические дискуссии вышли за рамки действительности. Изоляция страны от традиционных союзников и неспособность, особенно перед лицом экологической катастрофы, сформулировать рациональную и дальновидную политику разрушили ту мистику, которая жизненно важна для власти. «Общество становится тоталитарным, когда его структура становится вопиюще искусственной», — писал Джордж Оруэлл. — «Именно тогда правящий класс утрачивает свою функцию, но ему удаётся цепляться за власть силой или обманом». Наши элиты исчерпали возможности обмана. У них осталась только сила.

США – раненный зверь, ревущий и бьющийся в смертельных муках. Он может нанести смертельный ущерб, но не может восстановиться. Это последняя агония Американской империи. Смертельный удар произойдёт, когда доллар перестанет быть мировой резервной валютой, и этот процесс уже идёт. Стоимость доллара резко упадёт, приведя к серьёзной депрессии и немедленному сокращению военных за рубежом. Директор хедж-фонда Baupost Group Сет Кларман, который управляет 27 млрд. долларами, написал недавно своим инвесторам 22-страничное отрезвляющее письмо. Он отмечает, что отношение правительственного долга к ВВП в 2008-2017 годах превысило 100%, приблизившись к такому же положению во Франции, Канаде, Британии и Испании. Долговой кризис может породить следующий финансовый кризис. Он осудил глобальный распад «социальной сплочённости». «Бизнес не может работать как обычно в условиях постоянных, протестов, беспорядков, забастовок и эскалации социальной напряжённости».

«Невозможно сказать, какой долг слишком большой, но Америка неизбежно достигнет точки разлома, после чего скептический долговой рынок откажется кредитовать нас по ставкам, которые мы можем себе позволить», — написал Кларман. — «Когда разразится этот кризис, вероятно, будет уже слишком поздно, чтобы привести наш дом в порядок». Правящие элиты обеспокоены надвигающимся финансовым крахом, и изо всех сил пытаются закрепить жёсткие юридические и физические формы контроля, чтобы помешать распространению народных волнений, которые уже начались в виде забастовок учителей в США и протестов «жёлтых жилетов» во Франции.

Правящая неолиберальная идеология, как признают сами правящие элиты, дискредитирована по всему политическому спектру. Это заставляет элиты заключать сомнительные альянсы с неофашистами, которые в США представлены христианскими правыми. Христианский фашизм быстро заполняет идеологическую пустоту Трампа. Он воплощён в таких фигурах как Майк Пенс, Майк Помпео, Бретт Кавано и Бетси Девос. В самой опасной фазе, которая наступает, когда экономика оказывается в кризисе, христианский фашизм будет «очищать» общество от «изгоев»: иммигрантов, мусульман, светских гуманистов, художников, интеллигентов, феминисток, гомосексуалистов, коренных народов и преступников (в основном бедных и цветных), оправдываясь извращённой и еретической интерпретацией Библии. Аборт будет запрещён. Смертная казнь расширится на множество преступлений. В образовании будут доминировать расистские взгляды на историю. Воспитание и обучение будут подчинены креационизму. В пантеон новых американских героев войдут Роберт Ли, Джозеф Маккарти и Ричард Никсон. Государство будет изображать жертвами белое большинство.

Христианский фашизм, как все формы тоталитаризма, окутывает себя мантией благочестия, обещая моральное и физическое обновление. Деградация массовой культуры, с её прославлением сексуального садизма, жестокого насилия и личной неполноценности, с добавлением наркомании, самоубийств, азартных игр, алкоголизма, социального хаоса и правительственной дисфункции, усилят доверие к обещаниям христианских фашистов вернуть «чистоту». Эти обещания будут использованы для уничтожения наших гражданских свобод. Центральное место в любой тоталитарной идеологии занимает инквизиция, разыскивающая тайные группы, которые виновны в гибели страны. Теории заговора уже широко распространились у нас. Правящая идеология заставляет нас придерживаться индивидуализма и безоговорочно подчиняться тем, кто представляет нацию и Бога, соглашаясь с запретом абортов, поддержкой смертной казни, полицейского насилия и милитаризма, чтобы не оказаться еретиком или предателем. Насилие будет объявлено средством очищения общества от зла. Факты будут изменены и уничтожены. Ложь станет правдой. Когнитивный диссонанс станет основой политики. Чем глубже страна погружается в упадок, тем сильнее станет паранойя и коллективное безумие. Все эти элементы уже присутствуют в нашей культуре неполноценной демократии. Но они будут усиливаться по мере распада страны и усиления тоталитаризма.

Правящие олигархи, как и во всех неполноценных государствах, спрячутся в охраняемых зонах, где у них будет доступ к основным услугам, медицине, образованию, воде, электричеству и безопасности, которых лишена большая часть населения. Функции правительства сократятся до минимума – внутренней и внешней безопасности и сбора налогов. Крайняя нищета обрушится на большинство граждан. Все услуги от коммунальных до полиции, которые когда-то предоставлялись государством, будут приватизированы и повышены в цене. Мусорные кучи сделают улицы непроходимыми. Преступность резко подскочит. Электрические сети и системы водоснабжения, плохо управляемые корпорациями, будут постоянно отключаться. СМИ окончательно станут оруэлловскими, бесконечно болтая о светлом будущем и делая вид о сохранении глобального влияния США. Политические новости в них уступят место извращённым сплетням и обещаниям экономического восстановления. СМИ перестанут обращать внимание на проблемы социального неравенства, политического и экологического кризисов, поддерживая бесконечные войны. Основной задачей СМИ станет торговля иллюзиями, чтобы отвлечь разобщённое общество от коллапса, убедив его, что все беды каждого гражданина возникают из-за его личных недостатков. Инакомыслие и критика будут подвергаться цензуре и преследованиям. Расистские преступления будут распространяться при молчаливом одобрении государства. Массовые расстрелы станут нормой. Слабые, особенно дети, женщины, больные и старики, будут страдать от эксплуатации, пренебрежения и жестокого обращения. Сильные станут всемогущими.

Они продолжат делать деньги. Корпорации будут продавать всё, из чего можно извлечь прибыль — безопасность, дефицитные продукты питания, топливо, воду, электричество, образование, медицину, транспорт – загоняя граждан в долги, пока их скудные средства не будут конфискованы. Численность заключённых ещё больше увеличится, многие граждане будут вынуждены круглосуточно носить электронные системы контроля. Крупные корпорации перестанут платить налоги. Они станут выше закона, им будет позволено безнаказанно недоплачивать работникам и отравлять природу. По мере роста доходного неравенства такие миллиардеры как Джефф Безос превратятся в современных рабовладельцев. Они будут руководить финансовыми империями, в которых работники будут жить в палаточных лагерях и трейлерных парках, а работать в плохо проветриваемых складах по 12 часов в день. Эти работники, получающие минимально необходимую для выживания зарплату, будут постоянно находиться под электронным наблюдением. Их будут увольнять, когда тяжёлые условия работы подорвут их здоровье. Для многих работников Amazon это будущее уже наступило.

Работа превратится в крепостное право для всех, кроме высшей элиты. Джеффри Пфеффер в своей книге «Умирая за зарплату: Как современное управление вредит здоровью работников и эффективности бизнеса, и что мы можем с этим сделать» приводит в пример опрос, в котором 61% работников сказали, что стресс на рабочем месте сделал их больными, а 7% сказали, что для лечения этого стресса они нуждаются в госпитализации. Стресс от переутомления может ежегодно приводить к 120 тыс. смертям в США. По некоторым оценкам, в Китае от переутомления каждый год умирает миллион человек. Именно к этому готовятся мировые элиты, создавая юридические механизмы и силы внутренней безопасности, чтобы лишить нас свободы.

Мы также должны начать готовиться к этой антиутопии не только для нашего выживания, но и для создания механизмов ослабления и свержения тоталитарной власти элит. Александр Герцен, выступая перед группой анархистов в XIX столетии и говоря о свержении русского царя, напомнил своим слушателями, что их задача заключается не в спасении умирающей системы, а в замене её: «Мы вовсе не врачи — мы боль». Все усилия по реформированию американской системы сводятся к капитуляции. Ни один прогрессивист в Демократической партии не поднимется, не захватит власть в партии и не спасёт нас. Есть только одна правящая партия. Корпоративная партия. Она может участвовать в мелких междоусобных войнах, как это уже не раз бывало. Члены её могут ссориться из-за власти. Они могут проявлять некоторую терпимость к женщинам, гомосексуалистам и цветным, но в фундаментальных вопросах войны, внутреннего режима и корпоративного господства они едины во мнении.

Мы должны использовать массовое гражданское неповиновение и отказ от сотрудничества, чтобы ослабить корпоративную власть. Подобно Франции, мы должны использовать массовые и непрерывные социальные волнения, чтобы противостоять планам наших корпоративных хозяев. Мы должны избавиться от корпоративной зависимости и создать независимые сообщества и альтернативные формы власти. Чем меньше мы будем нуждаться в корпорациях, тем свободнее мы станем. Это верно для всех сфер нашей жизни, включая производство продуктов питания, образование, журналистику, искусство и работу. Жизнь должна быть коллективной. Никто не может выжить в одиночку, за исключением правящей элиты. Чем дольше мы будем притворяться, что этот антиутопический мир безальтернативен, тем более беспомощными мы будем. Правящая элита будет продолжать развлекать, запугивать и ослаблять нас, создавая драконовские структуры силового угнетения. Только мы можем противопоставить нашу силу их силе. Даже если мы не сможем изменить общее положение, мы сможем, по крайней мере, создать самостоятельные анклавы, в которых мы будем стремиться к свободе. Мы можем построить мир, основанный на взаимопомощи, а не на всеобщей эксплуатации. И таким образом мы сможем спастись от тёмного будущего.

Источник: The World To Come, Chris Hedges, Truthdig.com, popularresistance.org, January 30, 2019.

Источник: antizoomby.livejournal.com

Добавить комментарий