Графика сайта 26-2.ru

Недавно уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов неосторожным высказыванием о «некой нелогичности» индивидуального предпринимательства (ИП) как организационно-правовой формы бизнеса поднял бурю негодования в предпринимательском сообществе. Пресс-службе омбудсмена пришлось оправдываться и разъяснять, что вопрос обсуждался только в перспективе, отменять этот статус в России пока не планируется. А через несколько дней глава ФНС Даниил Егоров заявил, что ведомство, напротив, готовится упростить процедуру получения статуса ИП.

Разговоры на тему упразднения формы ИП велись и ранее. Одна из инициатив предполагала, что малые предприятия с наемной рабочей силой должны регистрироваться как ООО, а остальные – перейти в разряд самозанятых. В этом виде инициатива не прошла, а самозанятость позже была утверждена в дополнение к существующим организационно-правовым формам. Казалось бы, на этом вопрос должен быть исчерпан. Но, как стало известно со слов Бориса Титова, отмена формы ИП все еще остается предметом интереса экспертов Института экономики роста имени Столыпина, где бизнес-омбудсмен возглавляет наблюдательный совет. Случайно ли тема вышла в публичную плоскость или нет (есть мнение, что власти таким образом «зондировали почву»), не так важно. Ситуацию стоит расценивать скорее как сигнал к тому, что трансформации института индивидуального предпринимателя не исключены и вероятны.

ИП – самая востребованная в России организационно-правовая форма бизнеса. По данным Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП) по состоянию на 10 февраля 2021 года, в России зарегистрировано 3,312 млн индивидуальных предпринимателей. Для сравнения: юридических лиц почти на треть меньше – 2,37 млн. Причина популярности ИП в том, что форма позволяет легко запустить и относительно просто вести бизнес – без бухучета и с минимальной по сравнению с юридическими лицами отчетностью. А если что-то пойдет не так, можно быстро закрыть дело. Формы организации бизнеса, похожие на ИП в России, действуют и в других странах. Sole proprietorship – в США, в Германии – selbstständig, в Испании – autonomo, «индивидуалури мецарме» – в Грузии. Суть максимально близка: предприятие без образования юридического лица, которое принадлежит и управляется конкретным человеком. Зарубежный индивидуальный предприниматель, так же как и российский, имеет право нанимать персонал, получает всю прибыль бизнеса и несет неограниченную ответственность за деятельность предприятия.

Основная претензия к ИП в России связана с тем, что индивидуальные предприниматели могут вести бизнес практически любого масштаба и при этом пользоваться послаблениями, предусмотренными для начинающих предпринимателей. За счет этого, по мнению критиков, за вывеской ИП могут скрываться довольно крупные предприятия с многомиллионными оборотами и сотнями сотрудников. Не исключаю, что такие случаи встречаются, но не массово. По данным Единого реестра субъектов МСП, индивидуальные предприниматели задействуют в общей сложности 2,55 млн наемных работников. То есть в среднем на одно ИП приходится 0,77 созданных рабочих мест. Это говорит о том, что крупных работодателей среди индивидуальных предпринимателей немного. Хотя сама возможность индивидуальных предпринимателей нанимать сколько угодно сотрудников действительно вызывает сомнения. Как и то, что индивидуальный предприниматель может свободно распоряжаться выручкой, а организация – нет. Именно это имел в виду Борис Титов, отмечая нелогичность ИП. Для индивидуального предпринимателя деньги бизнеса – это его личные деньги, доступные в любой момент, а учредители ООО могут получать доход только в виде дивидендов и не чаще одного раза в квартал. Собрание учредителей и уплата НДФЛ в размере 13% при этом обязательны. Таким образом, при потенциально равных масштабах бизнеса условия для ИП и ООО разные.

Почему самозанятость не может стать адекватной альтернативой ИП? Статус самозанятого не подразумевает ведение предпринимательской деятельности в полном масштабе. Список видов деятельности для самозанятого гражданина ограничен двумя десятками сфер. Сумма доходов самозанятого не может превышать 2,4 млн руб. в год. Аналогичная практика применяется и за рубежом. Например, в Германии законодательство четко разделяет предпринимателей, занимающихся коммерческой деятельностью (selbstständiger), и представителей свободных профессий, ведущих деятельность в частном порядке (freiberufler). Менять что-то, расширяя возможности самозанятости, бессмысленно. Это убьет саму идею самозанятости и фактически повторит принципы ИП. В сухом остатке глобальная перестройка не приведет ни к чему.

Очевидно, институту индивидуального предпринимателя не хватает четкого позиционирования, которое бы объясняло суть и значение этой формы организации бизнеса. ИП логично рассматривать как ступень между самозанятыми гражданами и организациями. За счет относительно «мягких» условий ИП позволяет начинающим предпринимателям «встать на ноги» и дает возможность существовать микробизнесу. Это главный аргумент в пользу необходимости подобной организационной формы.

Проблему «оптимизации» налоговой нагрузки с использованием этой формы устоявшимся бизнесом можно решить менее радикальным способом, чем ликвидация индивидуальных предпринимателей как класса. Достаточно ограничить параметры бизнеса, который можно вести в статусе индивидуального предпринимателя. Определенный фильтр есть и сейчас. Например, пользоваться упрощенной схемой налогообложения могут только индивидуальные предприниматели со штатом сотрудников до 100 человек и доходом не более 150 млн руб. в год. Однако этого явно недостаточно. Основная трудность этого пути – в определении адекватных лимитов по обороту и численности сотрудников. Нужна глубокая аналитическая работа, которая позволит определить, какие параметры будут отвечать интересам микробизнеса и не ухудшат предпринимательский климат в стране. 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий