М.Максимова― Это программа «Особое мнение». В студии — Марина Максимова. Я приветствую наших слушателей и зрителей. А свое особым мнением высказывает Константин Ремчуков, главный редактор «Независимой газеты». Константин Вадимович, здравствуйте!

К.Ремчуков― Добрый вечер!

М.Максимова― Лондонский суд сегодня начал рассмотрение дела по экстрадиции основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа. Минюст США обвиняет его по 18 пунктам, в том числе, обнародование секретной информации. За два дня до начала слушаний в Лондоне там прошла акция в поддержку Ассанжа. Там и дазайнер Вивьен Вествуд, Роджер Уотерс, музыкант, участник Pink. Вот что он сказал — что основателя WikiLeaks хотя отдать под суд в США и наказать, таким образом, за публикацию секретных данных. И кроме того, по его мнению, это судебное разбирательство станет предупреждением другим журналистам, которые выполняют свой общественный долг и пытаются донести до общественности информацию, необходимую для совершения информированного выбора.

Здесь что: это свобода журналистики и публикации информации или безопасность государства?

К.Ремчуков― Как всегда, наш человек — это разведчик, их человек — это шпион. Разведчик — благородно. Люди профессию выбирают, судьбу. Президентами становятся. А шпион — какая судьба шпиона? Их часто убивают. Так что здесь абсолютно то же самое. Когда происходит какое-то вскрытие чувствительной информации и она кому-то выгодна, это говорят, что журналистское расследование. Когда открывается информация о счетах, полетах, перелетах, общество имеет право знать.

Здесь тоже всё шло относительно нормально с Ассанжем. Но потом много документов по Ираку и Сирии, и уже американцам не понравилось. Хотя тот парень — Брэдли, по-моему, сержант, который получил срок, — он, по-моему, уже и пол поменял, и его Обама амнистировал. То есть он уже на свободе. А Ассанж может 175 лет получить.

Но, мне кажется, что все-таки главная причина, почему американцы так озлились на Ассанжа, все-таки связана с публикацией данных со вскрытого сервера Демократической партии США на прошлых выборах, когда выяснилось, что руководство Демпартии между Берни Сандерсом и Хиллари Клинтон сделало выбор в пользу Хиллари Клинтон. Это до такой степени потрясло американцев демократической направленности, что они не отдали свои голоса, по крайней мере, в том критическом количестве, в котором нужно было для победы.

И, собственно, с этого момента и пошло всё «русское дело», с этого момента с совершенно неостановимой силой начались все обвинения в том, что Россия содействовала избранию Трампа. И, собственно, ходят слухи — их периодически Белый дом опровергает, — что якобы люди Трампа предлагали Ассанжу пойти на сделку и сообщить, что не русские передали ему данные с сервера Демократической партии. За это он его бы помиловал, и никакого срока не было бы. Но якобы Ассанж отказался.

Так что здесь такой политический винегрет. Тем более, что тема вмешательства русских в выборы, она существует, и сейчас продолжается, что уже якобы в выборы 2020 Россия вмешивается. И республиканцы говорят, что не было в докладе разведки такой информации. А утечка из сената — те, кто присутствовали на брифинге, говорят — было. Потом Трамп уволил Магуайра, директора Национальной разведки. На следующий день сказал, что он уволил его просто так, потому что время настало уволить, а совсем не за это.

Но для англичан еще имеет значение — они вот эту выдачу людей осуществляют по договору 2003 года между Великобританией и США, и, собственно, судья будет все это время заниматься тем, что он должен выяснить, являются ли те основания, по которым американцы требуют выдачи Ассанж, соответствующими этому закону. Потому что многие в Великобритании возмущаются, что ассиметричный поток людей, которых выдают. США выдают в два раза меньше людей, чем Великобритания, потому что они говорят: «Нет, ваш запрос не соответствует этому закона». Поэтому, поскольку он будет носить в какой-то степени прецедентный характер, то, мне кажется, будут исследовать все вот эти вещи.

А что касается свободы СМИ, то практика так складывается, что все утечки, какие бы чувствительные они не были к национальной безопасности, так или иначе, публикуются, и СМИ не преследуются за это, на Западе, по крайней мере.

Но здесь, я говорю, особый случай, связанный с утерей демократами выигрышной позиции. И это глубинное государство США, которое оформляло все заказы на Ассанжа, оно мстило за поражение Хиллари.

М.Максимова― Что касается все-таки вмешательства в выборы, раз уж мы затронули эту тему, тут Берни Сандерс как раз пригрозил: «В отличие от Дональда Трампа я не считаю Владимира Путина хорошим другом. Он автократический разбойник, который пытается разрушить демократию, искоренить инакомыслие в России».

Не наш кандидат Сандерс, да?

К.Ремчуков― Берни Сандерс, в каком смысле «не наш»? Вот раньше я только Трампа любил слушать на всех его ралли, но сейчас немножко он уже повторяется или рассказывает совсем истории в стиле Остапа Бендера во время автогонок, когда он на анекдоте «Пришел муж домой…» — это забавно, но уже перестало содержать в себе какой то информационной новизны. Он хорошо привешивает ярлыки своим оппонентам всем, в общем, дразнится.

А Сандерс, его выступления, вот я сейчас смотрю, он, конечно, побуждает идти в политику с яркой популистской позицией, с тем, чтобы можно было дорваться до микрофона и сказать: «Уважаемые россияне, голосуйте за меня! Я вам всем увеличу зарплату в два раза, а врачам и педагогам я увеличу в два с половиной раза. Студенты, если у вас есть долги за обучение, я их отменю. И вообще, я считаю, что наша великая держава, которая запустила в космос первый спутник и первого космонавта, заслуживает того, чтобы в XXI веке наше университетское образование было полностью бесплатным. Голосуйте за меня — ваше образование будет полностью бесплатным». «Это ненормально, — говорит он, — что в Америке, стране, которая тратит в два раза больше на душу населения, чем все остальные в мире, мы должны платить такие деньги за лекарства. И так много людей умирают от рака. Я все это делаю бесплатным». Дальше: «12 лет назад, в 8-м году мы спасли Уолл-стрит и банки. Мы спасли. Настало время спасти и их. Давайте эти триллионы, которые вы взяли, ребята, отдадим нам. Потому что я кандидат, который объединяет. Я объединяю расы, я объединяю нации, я объединяю происхождение. Мы — единая Америка. А Трамп, он разъединяет наци, цвет кожи, расы, религии, гендерное, ему важно, геи или не геи. А для меня это не важно, мы все вместе».

А вчера я смотрел — он уже знал, что он в Неваде на кокусах победил, — и он говорит: «Поднимите руки, кого хоть раз полиция арестовала за кокаин». Много людей руки подняли. «Так вот, когда я приду к власти, мы все эти дела в полицейских участках уничтожим. Мы будем жить…».

М.Максимова― Сказочник?

К.Ремчуков― Ну, сказочник, не сказочник — вся молодежь за него. Университетская молодежь за него, потому что долги у студентов огромные на самом деле. Люди берут в долг. Поскольку экономика неустойчивая… Это раньше можно было легко планировать. Собственно, это одна из, что называется, секьюритизация долга в ценные бумаги — вот до кризиса была хорошая вещь, хорошим инструментом, приносившем доход, потому что всем известно было, что студент, взявший в долг, скажем, 50 тысяч в год — 4 года учился, 200 тысяч, — он все равно будет все первые годы свои послеколледжеской жизни отдавать. И статистика показывает, что дисциплина компенсации долга очень высокая. Поэтому если ты получишь какую-то бумагу от банка, в которой скажет: «Покупай вот эту бумагу», а в эту бумагу завернуты как бы долги студента, то банк, он брал студентам деньги, а тебе продал эту бумагу и ты будешь получать 5% в год по ней или 4%.

И вот весь финансовым рынок в Америке строится на том, что ты находишь какой-то денежный эквивалент, из которого можно сделать новую производную. Вот эти деривативы — это таким образом делалось. И очень высокая дисциплина возмещения долга. Считалось, что эта форма секьюритиации долгов очень хорошая.

Однако после того, как циклы экономические стали сокращаться, фазы подъем и спада удлиняться и неопределенность на рабочем рынке перестала гарантировано людям в те профессии, на которые они обучались, здесь проблема усугубилась и произошло нарастание студенческих долгов.

Поэтому когда человек ходит и говорит: «Я списываю ваш долг. Вот вы должны несколько миллиардов — все списываем, обнуляем. Потому что за что? Вы же получили образование в Америке Америка великая страна».

Поэтому у него, я думаю, этот популизм, он окажет огромное воздействие на Россию, мне кажется. И наша кампания 21-го года в Думу будет очень популистской. И нужны люди, которые в состоянии артикулировать эти популистские идеи. И я думаю, даже на президентские выборы эта проекция. Потому что я никогда не мог ожидать, что 200 лет демократии в Штатах и рациональной тяжелой жизни могут привести к тому, что так дешево можно… ну, по крайней мере, в Демократической партии он всех выносит сейчас с такой риторикой.

М.Максимова― Про популизм заговорили. И вот как раз: певица Валерия создает политическую партию для участия выборов в Государственную думу «Сильные женщины». Присоединился к политическому процессу известный музыкант, лидер группы «Ленинград» Шнур. Вступил в «Партию Роста». Он, правда, стер прямо сразу перед этим объявлением в своих соцсетях все свои стихи и музыку, которую он писал последнее время и про «Выборы, выборы…» песню, — мы это тоже знаем. Зачем превращать предвыборную кампанию в какое-то шапито?

К.Ремчуков― Почему шапито? Что, вы считаете, что мы с вами серьезнее, чем Шнур?

М.Максимова― Ну, сейчас мы про Берни Сандерса поговорили…

К.Ремчуков― Нет, почему? Умный парень, чего-то понимает. Сначала он поработал на «Первом канале» в популярном шоу. Сейчас ему предложили место в партии. Эта партия будет бороться за прохождение в Думу. Скорей всего пройдет. Можно просто предвидеть. Кто появляется у нас на «Первом канале», кто еще может в партию еще попадает? Я, например, допускаю, что Ксения Собчак, которая тоже получила шоу, может получить предложение возглавить партию на выборах 21-го года.

А поскольку Шнур и Собчак талантливо пикируются, то они могут превратить это в такую незабываемую полемику, притягательную для молодого поколения. Потому что задача власти — подтянуть молодежь в политику, но не сторонников Навального. А как их завести? Ну, вот Шнур со своей песней пройдет про рыбу… «Слухай Эхо…» и глядишь, кто-то на этом энтузиазме пойдет голосовать.

Я считаю, что это косвенные признаки того… Валерия…

М.Максимова― А это на кого рассчитано?

К.Ремчуков― Валерия — это консолидация электората ВГТРК, скажем так, которые ее там слушают. И патриотическая нотка… Скорей всего, это говорит о том, что проблема явки для следующих выборов будет важна. Если явка будет мала, то, скорей всего, оппозиционные голоса, которые будут более мотивированы и более организованы, прозвучат громко. Как, например, в 13-м году на выборах в Москве, когда мэрия принципиально не занималась никакой политической работой и пропагандой, Навальный мобилизовал свой электорат и получил 27%. Это было очень показательно. Ты не хочешь мобилизовывать свой — тогда доля тех, кто придет, проголосует за Навального, она будет очень большая.

Поэтому, мне кажется, сейчас все понимают, что высокая явка — это политтехнологически единственный способ снизить долю оппозиции в итоговом голосовании. Поэтому, мне кажется, это будет интересно. Это лишний раз говорит о том, до какой степени важны будут выборы 21-го года. Но вот пока власть идет по линии карнавализации этого процесса, думая, что удастся конвертировать узнаваемость и популярность музыкальную в голоса избирателей. Вполне возможно, это зависит от личности этих людей. Шнур я, действительно, считаю, очень умный и содержательный чувак…

М.Максимова― Но от него, конечно, сейчас очень многие отвернулись. Комментарии, которые в сетях…

К.Ремчуков― Отворачиваются — не важно. Важно то, что у него есть месседж. Он очень быстро соображает. Он может участвовать в полемике. Он прикольный. Он никого не боится. Он трезвый. Он сухонький, поджарый. То есть у него есть все признаки для успешного политика. На него приятно смотреть. Это же очень важно, что это не какое-то пузатое, рыхлое существо, которое вещаем грамотные вещи, а на самом деле за ним не чувствует ничего. Это как эндокринолог, который рассказывает, что вы должны похудеть — 160 килограмм веса, одышка — и говорит о том, как важно правильно питаться.

Нет, я думаю, что и Собчак и Шнур и Валерия, вот эти худырики, тренированные, они могут на свой электорат воздействовать.

Другое дело, что вопрос, до какой степени они будут отстаивать сущностные смысле, важные для России.

М.Максимова― То есть если они пройдут, а шансы такие есть.

К.Ремчуков― Вот этот же вопрос. Потому что, в конце концов, ну еще одно шоу, два шоу и так далее. Шоу само по себе не является абсолютной ценностью. Это только инструмент, чтобы еще выборы прошли, да еще и интересно было, как дополнительный бонус, трек к тому, чем вы занимаетесь.

Просто перед Россией стоит такой круг тяжелейших содержательных проблем, которые нужно решать нам, потому что за нас никто их не решит, с одной стороны, а, с другой стороны, у нас начался транзит. То есть хотим мы или не хотим, системы власти ослабеют с уходом Путина, с пониманием, что Путин больше не президент — это неизбежно.

Как в этих условиях не скатиться в гражданскую войну? Как в этих условиях не дать этому крайнему, левому популизму возобладать над умами и сердцами? Это возможно только, если с людьми серьезно разговаривать. Потому что большинство людей все-таки серьезные. Они голосуют за крайне левых, когда огорченно видят, что с ними не разговаривают серьезно.

Ну что толку мне пенять, что он пошел голосовать, условно говоря, за Удальцова, который сейчас активизирует свой Левый фронт, этот фронт будет занимать крайние позиции во всем этом социалистическом спектре, если я со своим электоратом не говорю серьезно и не объясняю этим людям, какие у нас проблемы, какие у нас альтернативы, какие у нас возможности, что нужно сделать. А после того, как ты это сказал, ты начинаешь это делать, и люди видят. Ты к ним приходишь и говоришь: «Смотрите, я это сделал. Помните, мы с вами вместе договорились, что это даст рывок. Сейчас этого нет».

Вот когда люди видят, что ты с ними серьезно разговариваешь, они идут за тобой. А когда ты с ними не разговариваешь, любой популист придет и скажет: «Слушайте, давайте гнать эту банду бездельников. Они же вам ничего не дадут. А я вам в два раза увеличиваю. А вам в два с половиной раза. Смотрите, у вас глаза красивые и вы важнее». — «А где деньги?» — «Да у нас денег много, да вы что? Давайте кубышку распечатаем». И никогда не касаться цифр, никогда не касаться серьезных вещей. — «А кому вы деньги дадите?» — «Да хватит нам на это денег».

И всё, и эта балаганность, которая доминирует в современном дискурсе внутри экономических и политических проблем, если она станет основой, то тогда мы уже будем смотреть в 21-м году, чего мы получили в результате того, что нам было весело в ходе избирательной кампании.

Поэтому я думаю, что у нас есть еще полтора года до выборов 21-го года, чтобы люди сформулировали запрос на серьезную, содержательную политику. Вот как в семье. В семье, мне кажется, все разговаривают очень серьезно. Форма может быть более грубой, менее грубой, но вот я знаю многие и молодые семьи и моего возраста… Вот если денег нет, а надо что-то решать, — сразу начинается иерархия приоритетов.

Мы, строго говоря, на лекарства потратим, на отдых старшему поколению, мы поможем молодым учиться, мы купим нашему младшему гитаристу гитару, потому что в 4-м классе без китары нельзя появляться, без «козырки». И когда семья всё решает, всё так и движется дальше. Потом на следующем этапе другой член семьи появляется.

Вот Россия требует такого разговора, серьезного, взрослого. Тогда это будет полезно, интересно. И тогда начнут появляться ростки вот той инклюзивности, о которой я говорил. Люди, которые чувствуют отчуждение от власти, от процессов принятия решений, они не могут быть счастливы. А если люди не будут счастливы, то власть точно не будет счастлива.

М.Максимова― Вот люди, не знаю, счастливы, несчастливы, — Центр политической конъюнктуры тут привел основные страхи россиян в случае ухода Путина. И, собственно, два основных, которые я назову, — это пугает борьба за власть и передел собственности.

К.Ремчуков― Вот всё, что делает сейчас Путин конституционно, я уже говорил. Вот есть знаменитая теория Адама Смита о невидимой руке в экономике. Ее никто не опроверг. Смысл ее сводится к тому, что каждый в этом мире капиталистическом, да и вообще в мире, действует в своих интересах. Поэтому вы не верьте тем, которые начнут вам рассказывать про общие интересы: «Ой, меня деньги не интересуют, я просто хочу пряники продавать». Нет, он хочет продавать пряники, он хочет получать прибыль от этого. Но и в процессе потребления пряников кто-то кайфанет.

Так вот Адам Смит говорит: «Мой интерес эгоистичен. Я преследую только свою цель. И ваш интерес эгоистичен». Наши невидимые руки… мы даже не согласовываем с вами интересы. Особенно эгоистичный интерес у нашего оператора Максимыча. Но столкнувшись, поскольку это противодействие, я дошел досюда — тут Максимыч меня ударил по руке, тут вы ударили. У нас получается некий вектор общественного блага. Каждый преследует эгоистичную, корыстную цель обогатиться, а вместе — общественное благо. И так работает капитализм.

Социализм пошел по другому пути. Он начал обещать людям. Потом Галич написал: И такой наплетет рассказ, что не раз тот рассказ в бараке вы помяните в горький час». Вот эти краснобаи и баламуты — им верить нельзя.

То есть вот этот эгоистически интерес, но который уравновешивает интересы. Вот в политике сейчас мы сталкиваемся с эгоистическим интересом Путина. Он хочет купировать два этих риска: передел собственности, то есть это его дружки все, и борьба за власть. Поэтому вот эти поправки в Конституцию вот сегодня, они создают такое новое разделение властей с повышенным самосознанием членов каждой из этих ветвей власти, в которой каждый, на мой взгляд, будет преследовать свой интерес, будет рвать свою самостоятельную силу, а общество в целом выиграет, потому что оно станет более сбалансированным.

По крайней мере, сейчас эта попытка выглядит так. Как получится в нашей стране и до какой степени сохраняется легитимность предложенной схемы, я не могу сказать, потому что легитимность поддерживается обществом ровно до той поры, пока власть в состоянии удовлетворять потребности этого общества, включая текущие. Тогда общество апеллирует к принятым решениям и говорит: А вот у нас есть такое решение, значит, это всё легитимно.

Если же власть перестает удовлетворять все наши потребности, мы забываем все решения. Мы забудем Конституцию, мы ее сметем… Помните, у нас был референдум про сохранение Советского Союза? По-моему, 17 марта 91-го года. Его кто-нибудь вспомнил в августе 91-го? Никто. Хотя вся страна проголосовала, сказала: Сохраняет Советский Союз. Потому что уже к августу 91-го года никакие потребности советских граждан не удовлетворялись этой властью.

Мне кажется, что самый главный риск путинского транзита — если не удастся запустить маховик экономического роста доходов. Тогда будем говорить с вами на эти темы и только.

М.Максимова― Константин Вадимович, поздравляю вас с 23 февраля.

К.Ремчуков― Спасибо. Я служил срочную службу.

М.Максимова― Да, видела. В Военно-морской Флот попали. Расскажите, как.

К.Ремчуков― В то время не было отсрочек. У меня уже было два высших образования — экономиста и переводчика. Я вернулся из Пакистана. Поступил в очную аспирантуру. У меня родился сын Максим. Я был женат. Но сказали: «Отсрочки нет, иди служить». И за 10 дней за дня рождения, в ноября меня забрили в прямом смысле — лысый. Я оказался в армии. И прослужил полтора года, половину срока с высшим образованием от 3 лет, которые положено в ВМС служить. Никогда не жалел об этом.

М.Максимова― Да? Столько же ужасов рассказывают про службу.

К.Ремчуков― Ужасов. А я сколько могу рассказать ужасов. Но это становление отношений в мужском коллективе, когда всё определяется твоими личными качествами. Ничего не действует — ни твои высшие образования, ни аспирантура, ни заграница, что в 78-м году было содержательно-то круто. Я из Пакистана приехал — даже квартиру двухкомнатную на эти чеки «Березки» купил в Ясенево. То есть 23 года… Вот все дела. И деньги в «Березку» ходить, пока я в аспирантуре буду учиться… Козырный парень, золотая молодежь, можно сказать. Ну, трудовая золотая молодежь.

А я — срочная служба. Но там и драться приходилось и объяснять людям стратегии… Но вот я говорю, прошло уже сколько… 41 год — я должен сказать, я вспоминаю, как очень важный этап в моей жизни формирование моих мужских качеств. Я думаю, что они помогли мне в значительной степени весь переходный период от Советского Союза к России выдерживать условия неопределенности.

В армии условия неопределенности могут выглядеть по-смешному — там, действительно, вывести тебя в поле, заставить долбить ломом мерзлую землю в 30-градусный мороз, когда бушлаты снимают или шинели самые горячие моряки и думают, что сейчас они эту выработку сделают, а потом подходит скучный старшина второй статьи и говорит: «Отставить! На 30 сантиметров в сторону будет копать». То есть тут у тебя падает энтузиазм. Как издевательство. Иногда бывало и такое.

Но стойкость характера перед обстоятельствами, которую формирует жизнь — это очень важная черта того, что я неоднократно говорил, апеллируя к философу и литератору Седаковой, «атлетически тренированная психика», сохранение самообладания в условиях неопределенности вплоть до хаоса, вплоть конфликта.

Главное, чему я учу своих детей — а ты сам должен через это пройти — сохранение самообладание в условиях неопределенности. И армия этому учит. Атлетически тренированная психика подчас важнее, чем атлетически тренированное тело, поскольку выдерживать многолетние стрессы неопределенности…

Что такое транзит нашей страны от Советского Союза в постсоветское пространство? Тотальная неопределенность, тотальное отсутствие гарантий, тотальное отсутствие четких перспектив. Значит, в этих условиях, что на первый план выходит? Твои личные качества, твоя уверенность, что ты именно благодаря этим качествам справишься с неопределенностью. Ты ведешь за собой людей, семью, коллектив, друзей.

И я лично, сейчас уже прожив жизнь, могу сказать, что моя служба в армии способствовала формированию во мне черт характера, которые делают мою жизнь до сих пор счастливой, оптимистичной. Вот чего бы мы тут не говорили о неопределенностях, я знаю, что в условиях неопределенности все равно характер и атлетически тренированная психика помогут найти правильное решение.

М.Максимова― Закалила вас армия. А все-таки что мы отмечаем 23 февраля.

К.Ремчуков― День Советской Армии и Военно-морского Флота хочется сказать. Нет, я даже не знаю, как сейчас официально называется. Но просто традиция. Поскольку все наши предки служили — папа, дедушки погибли на войне, прадедушки наверняка служили, я точно это знаю, — то в этом смысле есть такая традиция. Поскольку Россия — страна боевитая и все время на протяжении всей своей истории с кем-то воюет, а защищают ее граждане этой страны, подданные когда-то назывались, сейчас — граждане. И, наверное, это ипостась мужчин в России празднуется в этот день. Есть мужчины, у которых нет этой ипостаси. У них просто нет этого. Они могут не праздновать.

Я там другу одному послал. Много же открыток присылают. В ответ получаю от него: «Насколько я помню, наши деды служили белым…» А он служил в армии. Вот я его увижу, поинтересуюсь, куда он эту белую ленточку присобачил, когда служил в армии. Но есть и такая реакция. Вот его раздражило. Кто-то мне звездочку с серпом и молотом прислал. Показалось лаконичным символ, я послал — поздравляю. Знаю, что он срочную службу служил. В МГУ учился, его тоже на два года на первом или втором курсе… «Насколько я помню…». То есть эта реакция всякая бывает. Но все равно мужчин это связывает. Все, кто служил, по крайней мере, мы не испытываем затруднения в этот день с пониманием тостов.

М.Максимова― Продолжая военную тему, коротко. Спрашивают: Россия и Турция теперь реально на грани войны?

К.Ремчуков― Нет, воевать не будем. Турки боятся с нами воевать. У нас преимущество. Но требуется более последовательная работа друг с другом. Потому что многие официальные пропагандисты считают, что Турции нечего делать в Сирии, потому что там есть режим Башара Асада, он официально пригласит Путина, и вот Путину там есть чего делать, а вот Эрдогану — нет.

При этом эти пропагандисты не могут ответить на вопрос: а почему Путин все время с Эрдоганом встречается, почему они то в Сочи, то еще где-то, почему они запустили всякие процессы — Астанинский и прочие, — почему и в Женеве их делегации и так далее? И вот ответ на этот вопрос, какой национальный интерес Турции здесь задействован, что такое 3 миллиона 600 тысяч беженцев, о которых они говорят, на территории Турции, и 100 тысяч в приграничной зоне, которые могут уйти? Является ли страна индифферентной к тому, что у нее миллионы бегут отсюда? Мы решили в Сирии бомбить, и какое у нас оправдание было? Мы бомбим в Сирии боевиков с тем, чтобы они не пришли на территории России. Мы их убьем подальше. То есть у нас есть прокладочки между нами и Сирией, а у Турции прокладочки нет, там прямо граница. Поэтому я думаю, что получилось так, что успех достижения договоренностей, по-моему, ослабил способность и нашего МИД и нашего Министерства обороны и турецкого МИД и турецкого Министерства обороны работать на земле по, как сейчас принято говорить, имплементации тех соглашений.

А именно для нас ключевой вопрос был: все-таки отделить тех, кого признают террористами и тех, кто здоровая оппозиция… Зыбкая грань, как говорят: днем — здоровая оппозиция, ночью — боевик и террорист. Но тут работать все равно надо, потому что это единственный методологический путь. Поскольку вот эти так называемые террористы, они хотят Асада сместить. Американцы заняли позицию… Трамп вот на ралли в Лас-Вегасе, по-моему, выступал и сказал: «А мы в Сирии нефть взяли. Мы будем получать нефть и качать денежки». Вот прямо открыто. Вот тут у нас идет ругать с Турцией. А он еще говорит: «Жаль, я в Ираке… Там еще в Ираке нефть». Вот так абсолютно цинично. Вот кто ему что скажет? Его что, выкинут оттуда в Сирии, где он вокруг этих нефтяных?.. Никто этого не с делает.

Поэтому вопрос, сохранит ли Сирия суверенитет на всей территории? Вот тем, кому кажется, что да, мне хочется сказать, что, может быть, и нет. Потому что я не вижу условий, при которых США оставят свои нефтяные скважины, и я не вижу условий, при которых турки не создадут какой-то пояс безопасности. Поэтому нам надо тоже думать о том, как с ним договариваться.

Книжки. Две книжки. Одна неожиданная. Я пошел в магазин, залез на лестнице на полку «Конституционное право» и купил себе книжки по конституционному праву. Обалдел, потому что там есть все те, которые нам рассказывают, что такое конституция.

Но самое большое для меня удовольствие было читать Зорькина «Конституционно-правовое развитие России». Всем советую почитать эту книгу, потому что вы узнаете очень много интересного, в том числе, о том, вообще, как конституция создается. Он рассказывает историю, что сначала личные ваши как бы ограничение и табу, мораль личная возникает, потом коллективная, а потом только закон, который оформляет сложившиеся практики и традиции, нормы морали и нравственности в закон. Тогда этот закон крепкий.

Советую почитать. Хорошо и интересно написано. С моей точки зрения, ошибочно написано, но это концептуальные ошибки. С ними можно спорить, можно писать трактаты в ответ Зорькину. То есть я многое, прочитав эту книгу, понял, почему наш Конституционный суд так трактует Конституцию. Потому что у Зорькина существует понятие какого-то активного ядра гражданского общества, мораль которого должна быть зафиксирована.

Если посмотреть на деятельность нашего гражданского общество, то оно совсем не то, о чем думает Зорькин. И вообще, очень много зыбких категорий. И это у председателя Конституционного суда. Но очень интересная книга. Я получил удовольствие. Я не ожидал. Я думал, что я взял всех там… Эбзеев, очень много учебников. Клишас, под его редакцией. Смотрю, как они трактуют права человека, все вот эти вещи.

Вторая книга. Она не первое издание. Просто, когда вижу, всегда покупаю. Это «Корпоративная культура Toyota». Может быть, многие люди просто не читали или пропустили. Я очень советую. Хороший перевод. Вот прочтите эту книгу, и вам будет понятно очень многое, что нужно делать с кадрами, с организационной структурой, с качеством, с непрерывным процессом улучшения качества. Что такое вот это бережливое производство и его совершенство, как оно достигается пошагово с конкретными инструкциями. Очень полезная книга для тех, кто не читал. «Корпоративная культура Toyota: Уроки для других компаний».

М.Максимова― Это был Константин Ремчуков, спасибо, до свидания!

Источник: ng.ru

Добавить комментарий