Фото pixabay.com

Распад Советского Союза был действительно геополитической катастрофой. К власти тогда в Москве пришли люди, которые считали, что некоммунистическая Россия сможет стать частью Запада. Это была концептуальная ошибка.

Попытки переделать страну на другой манер, то есть отойти от вековых традиций и течений, которые сформировались в течение длительного времени привели, в конце концов, к многочисленным проблемам.

В сегодняшнем мире важнейшую роль начинают играть цивилизационные особенности: если идти наперекор традициям, то получим наш вариант развития.

Россия – евразийская страна. Треть у нас находится в Европе, а 2/3 в Азии, и это наша отличительная черта: русские сумели объединить вокруг себя большое количество различных этносов и национальностей. Нас многое отличает от Западной Европы – не только православие, но и географически и исторически сложившийся характер народа. Западноевропейцы в силу ограниченности территории делали акцент на интенсивном характере обработки полей, русские же просто переходили на новые земли и шли все дальше на Восток.

Наши предки (а здесь, наверное, уместно вспомнить Конфуция, который утверждал, что так же хорошо сделать, как наши прародители, мы уже не сможем, но нужно стараться им подражать) сознавали, что будущее России именно в развитии азиатских территорий. Еще Ломоносов говорил, что «богатство России будет прирастать Сибирью».

Менделеев, один из величайших умов России не раз подчеркивал, что нам суждено сыграть роль великого примирителя Европы и Азии, а Бердяев, который сам критиковал евразийцев, называл нашу страну «Востоко-Запад». Блок очень точно уловил эту тенденцию, выразив ее соответствующим поэтическим образом.

Прав был выдающийся американский ученый С.Хантингтон, который утверждал, что с распадом СССР эпоха противостояния социальных строев уходит в прошлое, и определяющим моментом новой исторической поры становятся цивилизационные отличия.

Авторы энциклопедического словаря «Российская цивилизация: этнокультурные и духовные аспекты» изданного в 2001 году, определяли цивилизацию как «существующую в определенное время и на определенной территории систему, в рамках которой действует социокультурная историческая общность с присущей ей совокупностью политико-экономических, культурных, духовных, в том числе конфессиональных характеристик».

Цивилизационные образования британский историк А. Тойнби определял как общности, «более широкие, чем отдельная масса, но меньше чем все человечество», в то время как С. Хантигтон называл цивилизацией «наивысшую культурную общность людей и самый широкий уровень идентификации».

Россия представляет собой особый вид цивилизации с пространственной протяженностью в 9 тыс. км в широтном и до 4 тыс. км в меридиональном направлениях. Ее характеризуют историческая длительность – с IX века, полиэтничночть – около 150 национальностей, и многоконфессиональность – свыше 60 вероисповеданий. В становлении и развитии российской цивилизации особую роль сыграло государство. Неповторимый облик российской культуры был предопределен глубоким синтезом западных и восточных влияний. Интегрирующим началом многонационального суперэтноса выступил русский народ. Его интеграционными чертами стали «самоограничение, подвижничество, терпимость, склонность к справедливости и совестливости, к взаимообогащению культур, оказанию помощи, служению человечеству».

Одну из главных составляющих российской цивилизации – православную культуру отличало глубинное соборное нравственное начало, противостоящее прагматическому индивидуализму.

Известный социолог, академик Г.В. Осипов, подчеркивал: «Какие бы новые драматические испытания не выпали на долю России, ее евразийский цивилизационный тип обладает жизнестойкостью и динамизмом».

К сожалению, все эти исторические постулаты лучше понимают наши противники, иногда четче, чем мы сами. В частности, Збигнев Бжезинский, бывший помощник президента США по национальной безопасности, в статье «Преждевременное партнерство», опубликованной в 1994 году, подчеркивал, что главная задача США состоит в том, чтобы Россия «могла определять себя просто как Россия», а не распространять свое влияние и руководство на прежние советские республики.

Примечательно, что за трансформацией наших теоретических и концептуальных установок внимательно следят наши китайские партнеры. Во время моих бесед в Пекине китайские специалисты по России много говорили о том, что европацентризм (евроатлантизм и прозападные идеи) победили идею славянства и евразийства в эпоху правления Бориса Ельцина. Однако, по их мнению, после крымских событий отношения с Западом испортились: «Россия вынуждена была отказаться от многолетней погони за большой Европой».

И хотя концепция Европы сменилась концепцией большой Евразии, китайские ученые полагают, что европацентризм прочно укоренился в российской элите и приоритетными направлениями остаются Европа и Америка. Российские представления о Евразии, отмечал научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии Китайской академии общественных наук Чжао Хуэйжун, отражают характер русского человека, мечущегося между Востоком и Западом, идущего на Восток, но, то и дело, бросающего взгляд на Европу.

Учитывая прошлое и настоящее, а также тот факт, что Азия становится всемирным экономическим центром, для России становятся очевидными преимущества концепции большой Евразии. В этом русле идет инициатива президента Владимира Путина о формировании Большого евразийского партнерства, которое должно объединить общеконтинентальные усилия с участием стран ЕАЭС, ШОС, АСЕАН и быть открыто для всех стран континента, включая и государства Евросоюза. Это долгий процесс, но важно обозначить цель.

Данные тенденции можно проследить и в современной российской истории. В конце 1990-х – начале 2000-х годов всячески проводился тезис о том, что мы являемся частью европейской цивилизации, что для нас главное чуть ли не объединиться с Европой, во всяком случае, получить безвизовый въезд в государства ЕС.

После распада Советского Союза правящие элиты страны стали мечтать о том, чтобы стать частью Запада. Отсюда — на разный манер перепев тезиса о том, что Россия является европейской цивилизацией. Некоторое время тому назад чуть ли не главной целью нашей внешней политики было объявлено получение безвизового въезда в Европу.

Но мы хорошо понимаем: чтобы добиться новых рубежей, важно сберечь свою идентичность, наше единство и солидарность. А они строятся на тех ценностях, которые во все времена почитались и православием, и другими традиционными религиями России. Это милосердие, честность и справедливость, забота о ближнем и семье, уважение к родителям и детям и, конечно, любовь к Родине. Забвение этих ценностей чревато самыми разрушительными последствиями, обезличиванием и деградацией человека, тем, что он может стать жертвой самых подлых и низменных манипуляций. Общий долг соработничества, ответственности государства, Церкви, религиозных деятелей, общества в том, чтобы сохранить и укрепить нашу духовно-нравственную, ценностную основу, передать её молодёжи, будущим поколениям, чтобы не потерять себя в эпоху бурных глобальных изменений.

Естественно, что одним из звеньев этого объединения должна быть и Украина, власти которой сейчас в попытке утвердить свою независимость пытаются нарушить взаимопонимание с Москвой. Эти попытки идут против магистрального движения исторического процесса. Украина, как и Белоруссия, цивилизационно близка к России и попытки киевской власти отмежеваться от нас, в конечном счете, обречены на провал.

Нас связывают давние прочные узы с украинским народом, и мы должны буквально по кирпичикам восстанавливать наше братское сотрудничество, хотя на это могут уйти годы: общность исторической судьбы наших народов не оставляет нам иного выбора.

Еще в 1990 году Солженицын в статье «Как нам обустроить Россию» писал, что обязательным является сохранение теснейших связей между Россией, Украиной, Белоруссией и Казахстаном.

Путин неоднократно заявлял, что украинцы и русские – братские народы, более того, в конечном счете, это один народ. И если у нас будет общее гражданство, говорил он 29 апреля 2020 года, от этого только выиграют и русские, и украинцы.

Нынешняя Украина и ее власти, в какой-то мере, напоминают Россию 90-х годов прошлого века. Тогда пришедшие к власти в Кремле люди пытались изменить характер россиян, интегрироваться в Запад. Результатом было несколько экономических катастроф, преодолеть которые до конца мы не в состоянии даже сегодня.

7 февраля 2019 года Верховная рада Украины утвердила изменения в Конституции относительно курса страны на членство в Европейском союзе и НАТО. Отныне в преамбуле Конституции закреплена формулировка о «европейской идентичности украинского народа и необратимости европейского и евроатлантического курса».

Здесь полезно сослаться на мнение С. Хантингтона о том, что перейти из одной цивилизации в другую весьма сложно, для этого нужно не только чтобы элита хотела этого, но большая часть населения поддержала данный выбор, и кроме того нужно, чтобы иная цивилизация согласилась принять это государство в свои ряды.

В евразийском пространстве веками сосуществовали две крупнейшие мировые религии — христианство и ислам как вероисповедания двух этносов — славянского и туранского. Формой их взаимодействия стал диалог.

На протяжении истории российская цивилизация возникла как уникальная полиэтническая, многоконфессиональная целостность и общность. Это сложившийся во многом благодаря географическим факторам сплав исторических связей русского народа с другими группами восточных славян, с народами уральской, финно-угорской группы, алтайской (особенно тюркской), кавказской и другими языковыми семьями Западной, Центральной Восточной Азии, Тихоокеанской культурой. В конфессиональном плане это взаимодействие православия с католицизмом, протестантством и с северным исламом, северным буддизмом и ламаизмом, а также многими местными верованиями — шаманизмом, язычеством народов Крайнего Севера.

Так, корень важнейших вызовов для европейского континента кроется в кризисе национальной культурной идентичности европейской цивилизации. Сегодня происходит разрушение нравственного ядра европейской классической культуры, которая облагораживала духовной энергией людей всех континентов. Как мне кажется, причиной деградации Западной цивилизации стал кризис нравственности, утрата моральных, духовных ценностей, отказ от выработанных человечеством на протяжении многих столетий норм и форм общения, разгул жестокости, подчинение требованиям коммерции. Некоторые ученые называют это «антропологической эвтаназией» европейской культуры.

Возможно, уместно напомнить в этой связи и об одном из незаслуженно забытых творцов русской политики на Кавказе генерале Ростиславе Фадееве. Он писал: «Россия относится к Азии совсем иначе, чем западные народы. Азиатские дела для нас не роскошь, не прихоть, происходящая от избытка сил, не удовлетворение той или другой исключительной цели, как торговля, политическое влияние и прочее; для нас они дела русские, обойти которые нам нет никакой возможности. У России, как у Януса, два лица: одно обращено к Европе, другое к Азии. Мы не создавали себе такого положения, мы родились государством, сросшимся одинаково с Европой и с Азией. Англия владеет Индией потому только, что ей случилось нечаянно захватить эту страну; без Индии она будет все тою же Англией, ее острову не грозят, ни на волос, опасности от каких бы то ни было событий в Азии. Для России же результат перелома, начинающегося на этом материке, составляет жизненный вопрос». И ведь вправду, эти прозорливые слова сегодня столь же актуальны и востребованы, как и столетие, тому назад.

Фадеев продолжал свою мысль: «Что для Западной Европы – дело удобства и выгоды, то для России — дело жизни. … Сливаясь с Азией на протяжении 10 тыс. верст, соприкасаясь непосредственно со всеми ее центрами, живя с азиатскими народами, можно сказать, под одной крышей, Россия связана с ними необходимостью. … С того же дня, как Россия вдвинулась в коренную Азию и слилась с ней безраздельно, она стала в необходимость отнестись к азиатскому вопросу как к своему домашнему делу. Не случайным захватом попали мы в Азию, как другие европейцы. Огромное тело России вросло само в середину этого отжившего, рассыпающегося, со всех сторон расхватываемого мира и, независимо от произвола и политической системы, должно оказать на него действие магнита, прикоснувшегося к куче железных опилок»

Следует особо подчеркнуть мысль о том, что в утверждении евразийского цивилизационного вектора на базе конструктивного сотрудничества православной и мусульманской культурно-религиозной общности именно русскому народу, как мощному этнополитическому целому должна принадлежать ведущая роль. Становление России как Евразии может обеспечить историческое существование русских. Этносоциолог И.М. Кузнецов описывал российскую цивилизационную модель «как некий океан: это русский, в котором, как кристаллики, плавают другие культуры. Это такой веками сложившийся симбиоз, что ни русские без этих кристалликов не могут нормально существовать, не умирая, не затухая, а постоянно поддерживая культуру в жизнеспособном состоянии, ни эти кристаллики уже не могут существовать вне данной среды».

Тут можно вспомнить, что в свое время П.Я. Чаадаев называл татаро-монгольское владычество величайшей важности событием, принесший России больше пользы, нежели вреда и способствовавшей развитию и созревания русской народности. Споры о том, как оценить этот период российской истории идут и поныне, видимо, они будут продолжаться долгое время. Отдельные исследователи связывают некоторые негативные моменты в характере русского человека именно с этим периодом. Естественно, в каждой нации есть положительные и отрицательные черты, но Россия на протяжении веков не раз подтверждала свою историческую роль пассионарного и динамичного двигателя человеческого прогресса.

С началом экономического подъема Китая и Индии о Евразии заговорили как о центре мировой геополитики и геоэкономики. В регионе находятся шесть из девяти ядерных держав. Он обладает огромными запасами энергоносителей, в нем сосредоточено 70% населения мира. Он же является ареной многих конфликтов и, соответственно, соперничества великих держав.

Индия и Китай, Египет и Иран, Турция и Япония, страны Центральной и Юго-Восточной Азии – наследники великих древних цивилизаций, которые подарили человечеству уникальные знания и технологии, достижения в медицине, в математике, в культуре и искусстве.

В среде интеллектуалов, людей творческих Азия всегда пробуждала особые чувства, казалась немного загадочной и мистической, слыла источником духовной силы и мудрости, возможно, не всегда до конца понятной, но неизменно вызывающей интерес.

Что касается нашей линии в будущем мире, то евразийская сущность нашей цивилизации требует налаживания самых широких связей не только с Европой, но и с Азией.

Евразийский курс внешней политики России в последние годы получил формальное закрепление в целом ряде инициатив, прежде всего в создании в 2015 году Евразийского экономического союза (ЕАЭС).

В Азии проживает 60% населения Земли, расположены 21 из 30 крупнейших городов мира. По расчетам, уже в этом году половина представителей среднего класса планеты будет представлена жителями азиатских стран. Сегодня на Азию приходится 36% мирового производства по сравнению с 26% в начале 2000-х. В 2018 году 210 из 500 крупнейших компаний мира по доходам были азиатскими. Азиатские компании сегодня являются одними из мировых лидеров в сфере цифровых технологий. По полученным патентным заявкам, азиатские страны в разы опережают другие регионы. В результате страны континента обеспечивают более 50% роста глобального ВВП, стимулируя международную торговлю и инвестиции.

Одна из основных проблем заключается в том, что правящие круги западных держав не могут смириться с мыслью, что период их доминирования закончился и на арену мировой политики все активнее выходят другие цивилизации, в частности, китайская, индийская, российская, исламская.. Мир становится реально многополярным, и попытки Вашингтона путем открытого вооруженного вмешательства, отдельных военных ударов, санкций, шантажа, различных способов давления уже не приводят к желаемым для него результатов, а лишь, усиливают напряженность в международных делах.

Центр тяжести современного мира постепенно смещается в Азиатско-тихоокеанский регион. И поэтому в этих новых обстоятельствах будут возрастать роль Китая, Индии, США и России. При этом, некоторые ученые ссылаются на идеи известного английского географа Х. Маккиндера. Согласно его концепции, определяющим моментом в судьбе народов и государств является их географическое положение. Основная идея Маккиндера состояла в том, что роль осевого региона мировой политики и истории играет огромное внутреннее пространство Евразии.

Россия, по выражению Маккиндера «земля сердцевины», географическая ось истории. (Следует отметить, что Маккиндер опасался усиления позиций России на евразийском континенте. После назначения лордом Дж. Керзоном в 1919 году на пост представителя Британской Империи в южной России Маккиндер в течение двух лет пытался осуществить план дробления России на множество отдельных государств. Таким путем, считал он, можно было бы остановить «долгую историю российского экспансионизма»).

Государствам ныне приходится сотрудничать, ибо они сталкиваются с общими проблемами. Такими, как истощение ресурсов, экологические трудности, пандемии, беженцы, незаконная миграция, а также традиционные угрозы безопасности.

Многие видные европейские политики и политологи говорят о том, что сближение с Россией является необходимым для выживания Западной Европы. Идеи большого европейского пространства от Лиссабона до Владивостока становятся все более популярными. С другой стороны, евразийская сущность российской цивилизации ярко проявляется в таких объединениях как ЕАЭС, ОДКБ, ШОС и др., в совместных российско-турецко-иранских действиях по Сирии.

Если мы творчески и эффективно будем использовать выгоды нашего географического положения, Россия будет играть ведущую роль в Евразии.

Источник: ng.ru

Добавить комментарий